Архив метки: Кузьмин

NAYADA объявляет АрхиВызов 2013: FLEX OFFICE

Крупнейший российский разработчик и производитель систем интерьерных перегородок компания NAYADA и коммуникационное агентство  ProjectNext  объявляют о старте международного конкурса в области дизайна и архитектуры АрхиВызов 2013: Flex Office. Участникам предлагается спроектировать мебель для быстрой и легкой трансформации пространства в условиях различных сценариев работы и оптимальной организации бизнес-процессов в современном офисе. Ключевыми элементами становятся трансформируемость, функциональность, удобство, простота.

Номинации АрхиВызов 2013: Flex Office направлены на разработку «гибкого сценария» рабочего пространства по принципу Open Space.

АрхиВызов 2013: FLEX OFFICE

  • рабочие места для оpen space
  • бенч-системы| bench-systems
  • зоны коммуникации |общения

АрхиВызов дает уникальную возможность молодым талантливым дизайнерам и архитекторам  реализовать свои творческие идеи. Участники конкурса получают реальный шанс запустить свои проекты в серийное производство, быть представленными на международных экспозициях и выйти на мировой рынок. К участию приглашаются профессиональные архитекторы и дизайнеры, а также студенты, независимо от страны проживания.

Призовой фонд конкурса составляет 600 000 рублей, а также включает специальный приз ProjectNext.

«Впервые АрхиВызов был «брошен» молодым российским дизайнерам в 2006 году. За это время конкурс собрал огромное количество заявок и позитивных откликов из самых разных городов нашей страны и стал отличным стартапом для начинающих дизайнеров. Мы убедились, что в нашей стране огромное количество талантливых людей и сделали всё, чтобы в этом убедились и остальные. Арсений Леонович, Альбина Сугробова и Сергей Наседкин – призеры АрхиВызова, наглядно продемонстрировавшие мировому сообществу потенциал и перспективность российского дизайна. В этом году мы принимаем заявки на участие от всех желающих, вне зависимости от страны проживания» — говорит Дмитрий Черепков, Президент Группы компаний NAYADA.

Конкурс будет сопровождаться программой семинаров, лекций известных дизайнеров и экскурсий на производство. Имена победителей будут объявлены на церемонии награждения, которая, как и итоговая экспозиция конкурса, состоится в ноябре 2013 г.

Лучшие концепции будут воплощены в прототипах и могут быть запущены в серийное производство на базе Nayаda. Их авторы будут получать процентные отчисления с продаж, их имена появятся в официальных каталогах компании NAYADA, в международных экспозициях и непосредственно на продуктах.

25 мая в 14:00 на стенде компании NAYADA на выставке АрхМосква (Зал 23) состоится Установочный Семинар международного конкурса АрхиВызов 2013: Flex Office. В программе: объявление Технического задания конкурса, знакомство с жюри и призерами АрхиВызова 2012, а также выступления известных дизайнеров и архитекторов. Эксперты отрасли расскажут об актуальных тенденциях оформления офисного пространства на примерах западного и российского дизайна, поделятся личным опытом проектирования.

Марина Глушатова, главный редактор OfficeNext, расскажет об актуальных примерах гибких решений в оформлении офисных пространств.

Сергей Эстрин, руководитель  Архитектурной мастерской Сергея Эстрина, даст оценку гибким решениям с точки зрения организации архитектурного  пространства: «Анатомия пространства: особенности работы над офисным интерьером».

Архитектор-дизайнер, руководитель студии «Поле-Дизайн» Владимир Кузьмин выступит на тему взаимосвязи дизайна и производства.

Участники конкурса также познакомятся с призером  прошлогоднего конкурса «NAYADA АрхиВызов: объект 2012» в номинации «Мебель для коворкинга» Арсением Леоновичем, который поделится своей «Историей Успеха»».

Установочный Семинар на Facebook

Внимание! Для участия в конкурсе надо пройти РЕГИСТРАЦИЮ.

Подробности на сайте Archchallenge.com

О конкурсе:

Впервые АрхиВызов был брошен в 2005 году под именем «Офисное пространство: креатив, технологии, инновации», став первым в России творческим состязанием в области проектирования офисных интерьеров и оборудования. В течение семи конкурсных циклов было получено более 2000 заявок и по достоинству оценено множество ярких работ. Ряд из них нашёл воплощение в производственной программе NAYADA. Для целого ряда молодых дизайнеров успешное участие в конкурсе стало ключевым моментом в профессиональной карьере.

Итоги I Saloni 2013: NAYADA — «дизайн будущего» в офисном пространстве

Российская компания NAYADA приняла участие в крупнейшей международной выставке мебельной индустрии и аксессуаров интерьера I Saloni 2013, которая проходила в Милане (Италия) с 9 по 14 апреля. Тема выставки — «Милан. Интерьеры будущего».

I Saloni собирает ведущих мировых производителей предметов интерьера. Масштаб выставки в этом году поражает: свыше 2 500 мировых брендов, 204 850 квадратных метров выставочного пространства Fiera Milano, Rho, более 300 000 профессиональных и частных посетителей из 160 стран, насыщенная деловая и развлекательная программа, охватывающая весь Милан.

NAYADA (является одним из мировых лидеров по изготовлению офисных перегородок) — единственная российская компания, экспонируемая в SaloneUfficio — международной биеннале, посвященной повышению качества условий труда и созданию комфортных дизайнов рабочего пространства. В этом году организаторы выставки сделали особый акцент на Офис будущего, так как именно рабочее место является неотъемлемой частью жизни современного специалиста.

На стенде NAYADA, на площади более 300 м² — было представлено 5 кабинетов руководителей от ведущих архитектурных бюро России, изготовленных в рамках проекта «12 Архитекторов. Кабинеты», рабочая станция «Острова» от призера конкурса «АрхиВызов» Арсения Леоновича, образцы бескаркасной мебели Smartballs, а также новинки основной продукции компании — перегородки.

С первых дней I Saloni стенд российского производителя вызвал огромный интерес посетителей. Новейшие материалы, современные технологии и смелый дизайн Кабинетов заинтересовали как  профессионалов отрасли, так и руководителей, пожелавших приобрести изделия для своего офиса. Яркие идеи и их качественное  исполнение удивили и заинтересовали   представителей  Германии, США, Великобритании, Франции, Израиля, Бразилии, Саудовской Аравии, Катара, ОАЭ, Аргентины.

Среди посетителей оказались многие известные деятели архитектуры: Жан Нувель (Jean Nouvel), представивший на выставке свой новый проект «Офис для жизни» (Project: Office for Living, Мичели Росси (Michele Rossi), руководитель архитектурной дизайн-студии Park Associati, Марко Пива (Marco Piva), основатель Studiodada Associates, Лука Скакетти (Luca Scacchetti), итальянский дизайнер и архитектор. Выдающиеся архитекторы высоко оценили качество и дизайн российских Кабинетов руководителей и пожелали компании NAYADA и ее АрхПроектам дальнейших творческих успехов.

«Это была самая напряженная выставка – непрерывная работа на протяжении всех дней Saloni. Реакция гостей на нашу  работу превзошла все ожидания. Огромное количество посетителей. Несколько продаж со стенда. Восторженное удивление, неподдельный интерес в глазах, улыбки. Было очень приятно чувствовать поддержку соотечественников, испытывавших гордость за Российского производителя. Помимо Проекта «12 Архитекторов. Кабинеты» и рабочей станции «Острова» мы показали новинки в области перегородок и дверей. Реакция со стороны западных коллег запомнилась общей идеей «Вы — другие, Вы — новое!».  Всё это и вдохновляет к дальнейшему развитию» — говорит Дмитрий Черепков, Президент группы компаний NAYADA.

В рамках выставки состоялась официальная презентация проекта «12 Архитекторов. Кабинеты». Russian Welcome от NAYADA собрал многочисленных посетителей выставки, потенциальных заказчиков и представителей СМИ. На презентации лично выступили российские мастера архитектуры Сергей Чобан, Владимир Кузьмин, Тотан Кузембаев. Архитекторы рассказали о своей работе над Проектами и выразили благодарность компании NAYADA за возможность реализовать задуманные идеи.

Итоги I Saloni 2013: NAYADA — «дизайн будущего»

 

Results of I Saloni 2013: NAYADA – “Designs of the Future” in office spaces

The Russian company NAYADA took part in the largest international exhibition of furniture and interior accessories industry I Saloni 2013, which was held in Milan (Italy) from April 9 to 14. The exhibition was dedicated to the theme “Milan. Interiors of the Future”.

I Saloni brings together the world’s leading manufacturers of interior furniture and accessories. The scale of this year’s exhibition is striking – more than 2,500 world brands, 204,850 sq. m. of exhibition space in the Fiera Milano in Rho, Italy, more than 300,000 professionals and private visitors from 160 countries, and a rich business and entertainment program, covering the whole of Milan.

NAYADA (one of the world leaders in the production of office partitions) is the only Russian company that exhibited at the SaloneUfficio, an International Biennale, dedicated to improving the quality of working conditions and the creation of comfortable workspace designs. This year, the exhibition organizers laid special emphasis on the Office of the Future, as the workplace is an integral part in the life of a modern specialist.

NAYADA presented at its stand, with an area of ​​300 sq. m., five offices for executives, created by the leading architectural firms of Russia as a part of the “12 Architects. Offices” project, the Ostrova (Islands) workstations created by the winner of the ArchiChallenge contest Arseny Leonovich, samples of frameless Smartballs furniture, as well as partitions, which are the company’s main products.

From the very beginning of I Saloni, the Russian stand aroused great interest of the visitors. Modern materials, advanced technologies and bold design of the Offices awoke the interest of both industry professionals and managers, wishing to purchase items for their offices. Bright ideas and their qualitative implementation surprised and interested representatives from Germany, USA, UK, France, Israel, Brazil, Saudi Arabia, Qatar, the United Arab Emirates, and Argentina.

Among the visitors, there were many well-known figures of architecture such as Jean Nouvel, who presented his new project Office for Life project, Michele Rossi, the head of Park Associati Architectural Design Studio, Marco Piva, the founder of Studiodada Associates, Luca Scacchetti, an Italian designer and architect. These prominent architects praised the quality and design of Russian offices for executives, and wished NAYADA and its ArchProjects further success.

“This was the most intense exhibition, characterized by continuous work during the entire period of I Saloni. The visitors’ reactions to our work have surpassed all our expectations. We had a huge number of visitors and a few sales from the stand. There was enthusiastic surprise, genuine interest in the visitors’ eyes, and they all smiled. It was nice to feel the support of our fellow countrymen as well, who were proud of the Russian manufacturers. In addition to the “12 Architects. Offices” project and the “Islands” workstations, we presented new trends in partitions and doors. The reaction of our Western colleagues can be generalized by the following phrase: “You are different, you bring something new!” All this inspires us for further development,” said Dmitry Cherepkov, President of the NAYADA Group of Companies.

The official presentation of the “12 Architects. Offices” project was made as part of the exhibition. NAYADA’s “Russian Welcome” gathered numerous visitors, potential customers and the media. The presentation was complemented by personal presentations of Russian architects Sergey Choban, Vladimir Kuzmin, and Totan Kuzembayev. The architects talked about their work on the Projects and expressed their gratitude to NAYADA for giving them the opportunity to realize their creative ideas.

see also:

вот еще публикация в газете Завтра

И жить – хочется!

АрхМосква, входящая в состав растянутой на месяц Московской биеннале архитектуры, cхлынула. Как то ей и положено, спустя неделю. Все вздохнули с облегчением. Как никак выставка 13-ая, а биеннале – первая!

АрхМосква – это всегда такое взбудораженное коловращение. Девушки в фуражках с обнаженными спинами вручают проходящим какие-то бумажки. Татуировка в районе плеча – логотип фирмы. Очнувшись, обнаруживаешь такой же на флаере. Оказываешься в очереди. Очень интересно: ящик-шарманка. Все стремятся заглянуть внутрь и тут же трясут головами: «бр-р!» Приложившись, понимаешь их: опять реклама. На этот стенд завлекают шампанским, на том, что сбоку – раздают конфетки. Неизменно в гуще этого пиар-действища несколько – неперечет пальцев одной руки – выставки известных архбюро. Хорошая примета – выкупать те же площади, что и в прошлом году. Так, Владислав Савинкин и Владимир Кузьмин на том же месте и вот – лучшая архитектурная экспозиция. Так же и Тимур Башкаев – лучший дизайн объект. А самое замечательное – занять эпицентр, тогда сразу архитектором года становишься! Не уверена с прошлым годом, но в позапрошлом именно так все и случилось. И в этом – тоже. Нет, Сергей Скуратов – прекрасный архитектор!…

Мне вот недавно довелось проехать с иностранцами по югу нашей страны. Они таращились в окна автомобиля и постоянно спрашивали: «Война была?» Я не понимала. «Вид у домов такой, что или вчера бомбили или завтра будут», – объяснили мне. Мы ведь в России зачастую и не задумываемся «Как жить?» (тема у АрхМосквы и всей биеннале такая). Просто живем. Иногда – выживаем. Обустройство – оно как-то за рамками жизненного горизонта значительного процента населения нашей страны. Кстати, там же в одной из кубанских станиц, иноплеменнику приснился сон. Даже не сон, а какое-то почти телесное ощущение посетило его: зубы есть, а корни у них отсутствуют. «Это про вас», – сказал он мне. И ведь не из какой-нибудь он был топовой державы Евросоюза. Всего лишь – чех.

Так вот, а Сергей Скуратов – архитектор этого года, знаете, как про свои постройки говорит? «Стремлюсь делать музейные экспонаты – дома, даже просто смотря на которые, получаешь какой-то запас энергии. Люблю все, в чем чувствуется рука человека: пережженный кирпич с неровными краями, плиты с отколами. Могу смотреть на материалы и представлять, как где-то в Голландии заботливый печник ел свою голландскую колбасу и спокойно выпекал кирпич или как какой-то немецкий каменотес аккуратно с милиметровыми зазорами высекал из юрского известняка плиту, разглядывая застрявших в ней наутилиусов. Если все в доме вплоть до мелочей сделано неторопливо с любовью, дом будет излучать тепло. Все, что я строю должно стоять долго». Я не знаю более актуального для нашего неукорененного сознания ответа на вопрос «как жить?» Другое дело – цена этого ответа. Благородная медная обшивка одного из самых известных домов автора на Остоженке «Cooper house», отождествленная с зеленью купюр, сыграла с этим, безусловно, выдающимся произведением современной российской архитектуры злую шутку.

Если для Ле Корбюзье – зодчего времен оптимистичных гонок на приз «справедливости, равенства, братства» дом представлялся «машиной для жилья», то сейчас мы вернулись к типологии домов-экспонатов. Причем их проектирование для архитекторов определенная форма служения народу. Невозможно поверить, но факт. Тот же Скуратов говорит, что старается своей работой «лечить пространства». А медицина, тем более архитектурная, требует дорогостоящих препаратов. Думаете легко построить дом, при виде которого «А-а-ах!» длится столько, что о населяющих его буржуях вспоминаешь, ну, скажем, к концу четвертого дня следующей недели.

Вы не представляете себе, какие наши архитекторы дипломаты! Как они обрабатывают заказчиков, что не надо экономить на фацетном стекле и юрском камне. «По сравнению со стоимостью участка – тьфу, сущие копейки! Пару раз в сауну не сходишь». Сколько коньяка им приходится выпивать за этими беседами. Благо, по-настоящему щедрых заказчиков у нас раз-два и обчелся. А то бы наши архитекторы давно бы уже, наверно, спились.

Но это все прелести в рамках шумливой и, как и первопрестольная, деловито-безалаберной АрхМосквы. Биеннале – о другом. Она вообще родилась из изумления куратора известного в стране своей издательской деятельностью голландца Барта Голдхоорна: «Почему качество массового жилья в крупных городах России в разы ниже зарубежного, в то время как цены на порядки выше?» Понимание – это обнаружение и снятие парадокса. Так говорил мой любимый преподаватель в университете. Голдхоорн нашел, пожалуй, ключевой для нашей жизни парадокс и попытался средствами затеянного экшена его снять. А понимание – уже шаг к исправлению ситуации. Нельзя не отдать должного голландцу. Действовал он практически в одиночестве. При позорном игнорировании значения этого начинания властями: Минкульт дотировал на проведение архитектурной биеннале 300 тысяч рублей (один макет с наворотами может стоить столько же, но в у.е.) в то время как на художественную выделял больше 4 мил. $.

Чисто российская байка: архитектура – это вам не искусство! Коммерция и дипломатия. Заработаете, мол, и выторгуете средств сами. Только нет у российского архитектора более больной мозоли и нежного мечтания, как то, что архитектура – это искусство! Поэтому от Голдхоорна с его сумасшедшей идеей решения социальной головоломки отвернулись и архитекторы. Ну, не отвернулись, а так скептически понаблюдали за процессом и подготовки, и проведения мероприятия. Я уже писала в предыдущей статье, что даже на слушания Общественной палаты РФ пришли в день открытия биеннале. Их там обозвали «рэкетирами», они ушли. Потому что – художники. Видели, как архитектор прошлого года Сергей Киселев расписал высотку в Черемушках? Дом называется «Авангард», но никакой агрессивной авангардной гаммы нет и в помине: лимонные, салатные, голубые, оранжевые пятна. Рэкетиры разве так веселятся?

В центре биеннальных обсуждений – средний класс. Образно говоря, он оказался между двумя стульями. На одном – сидят богачи. Эти купят себе какое угодно жилье. На другом – уместились более многочисленные малоимущие. Они там надеются на субсидии государства. А средний класс, на то он и средний, – посередине. Допустим, это не учителя и врачи, которых к улыбкам и похахатываниям собравшихся чуть было не записал туда руководитель проекта «Российский дом будущего» (правительственного, патронируемого президентом РФ) Сергей Журавлев, а продвинутые менеджеры и креативщики. Если продвинутые, скорее всего в столице. И большая их часть – провинциалы. (Знаете, мороз по коже: целыми классами, да что там – поселками! люди в Москве друг друга находят, хотя и сами давно ее уже «нерезиновой» называют). Что они – те, что выбились в пресловутый «мидл», – могут себе позволить даже при зарплате в пару-тройку тысяч у.е.? Хату из элитного клеенного бруса местной склейки где-нибудь в Апрелевке? Комнату в коммуналке в нескольких км от МКАД? А оно им надо? Лучше уж домик в Италии. Там на малозаселенных территориях – даже иностранцев какими-то особыми строительными кредитами привечают.

Сколько эмоционального напряжения порождает в нашей стране элементарная насущность жилья. Как мучительно тратить заработанное, сбереженное, последнее на то, что не нравится и явно того не стоит. Как обидно платить всю жизнь «бабе Маше» (как выразилась на слушаниях депутат Галина Хованская) и др. ипостасям даже без гарантии не оказаться на улице в несезон. Как заедает отдавать каждый раз риэлторам полную стоимость снимаемого жилья. А если это повторяется через каждые несколько месяцев? Так люди привыкают ненавидеть друг друга. И это еще не криминальные ситуации, которыми рынок аренды прошит. Строительство доходных домов – выход. Но тогда ими надо застроить полстраны, пол Москвы – точно. Частному бизнесу – это невыгодно. Почему этим не занимаются муниципалитеты?

Научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин отметил, что корумпированность муниципалитетов и монополизация стройиндустрии достигли в стране критического уровня. «Структура строительного рынка, – как сказал он, – это полное торжество альянса местной власти и монополистов. Посмотрите на норму рентабельности: у автодилеров, где есть конкуренция, она 10 %, а у застройщиков все – 100». Никто из присутствовавших в зале девелоперов порядок цифр не опровергнул. Как, впрочем, и из муниципалов никто голоса не подал.

Но биеннале – архитектурная. Должна изменить представление о качестве массового жилья. Кстати, так радикально этот вопрос ставится у нас в стране впервые. Даже в материалах нацпроекта речь идет только о количестве кв м. Немудрено, что при таких госзадачах наша монополизированная стройиндустрия счастливо развернулась вспять к советской системе панельного домостроения. (В Европе от нее отказались еще в 70-х). «В этих трущобах жить нельзя! – глядя на хрущевки, сокрушаются коллеги Голдхоорна из-за рубежа. – Их надо кардинально реконструировать!» «Сначала такие надо перестать строить», – машет руками Барт. На Западе именно многочисленный строй подрядчиков узкой специализации обеспечивает вариативность, инновационность и снижение себестоимости жилья. У нас среднего бизнеса в строительстве просто нет. Но зарубежом, известно, и тендеры, и девелоперские, архитектурные конкурсы отличаются прозрачностью.

Без развитой технологии строительства, как говорит москвич великобританского происхождения архитектор Джеймс МакАдам, здесь в России лучше не грезить об архитектуре, а чертить «честные коробки». Образуется порочный круг: конкурентный вакуум в стройиндустрии и всеядный спрос на рынке. Мы уже писали о том, что новое жилье скупают в основном не для жизни, просто фундируют капитал. Комфорт и эстетика никого не волнуют. Антимонопольный лом, кредиты среднему предпринимателю, установление так называемых «технологических коридоров», прохождение которых – условие существования бизнеса, – необходимые меры сверху. «Иначе есть реальная опасность, что однотипным панельным жильем будут застроены все крупные города России», – предостерег председатель комиссии Общественной палаты по региональному развитию, профессор кафедры теории и истории архитектуры МАРХИ Вячеслав Глазычев.

Евгений Ясин констатировал, что нацпроект «Доступное и комфортное жилье», который до своего президентства курировал Дмитрий Медведев, под угрозой срыва. Если ситуацию не переломить на государственном уровне, ближайшие поколения, скажем так, простых россиян о доступном и комфортном жилье могут забыть. Стимулировать демографию при таком раскладе аморально! Интересно, что об ипотеке никто ни разу даже не заикнулся. Это слово как-то неприлично стало употреблять.

А жить все-таки хочется. И без презентации сколь-нибудь радужных перспектив ни одна биеннале не мыслима. Без поисков концептуально и пластически небывшего – архитектурная невозможна. Вот разместилась на третьем этаже ЦДХ выставка лауреатов конкурса «Дом-автоном. Русская дача XXI века». Здесь молодые архитекторы упражнялись в освоении родных пустырей. Сочиняли независимые от инфраструктуры жилища. В ход шли солнечные батареи, ветряки и даже так называемая «темная», то есть не изученная наукой энергия. Открывает экспозицию дача, спроектированная по прототипам географически близких сэру Норману Фостеру (единственный член жюри конкурса) знаменитых английских «кругов на полях» и Стоунхенджа. Авторы отмечают, что эти объекты «спонтанной архитектуры» с родины мэтра основаны на круговых, издревле признанных в качестве сглаживающих агрессию материнских иероглифах, а именно такая графически-пластическая информация для России сегодня крайне актуальна. В то время как сам Фостер известен как автор самых экспрессивно жестоких объектов нашей страны: «трехкинжальника», воткнутого в небо – башни «Россия» в районе Москва-Сити, хищного похожего на клюв с какой-нибудь фашистской карикатуры острова «Новая Голландия» в Санкт-Петербурге и др. Смешно, что авторы этой самой новой русской дачи цепочку кругов и полукругов на ее генплане окрестили «дорогой домой», промаркированной «штрафными площадками», коих на скопированном английском оригинале оказалось ровно столько, сколько у Фостера проектов в России. Последнему вообще как-то «досталось» в этом году. На АрхМоскве какое-то зарубежное бюро BRT RUS выставило клоны его проектов – усеченную башню «Россия» и разрезанный планируемый к постройке как раз на месте ЦДХ «Апельсин». И все смеялись. А в зарубежном павильоне выставлялся некто архитектор также Фостер, только Стефан. И не слишком искушенная публика говорила: «О! Фостер!» И им кивали: «Не тот!» И все опять смеялись. Этот год в некотором смысле реванш над звездным гостем. А позапрошлый был для него бенефисным. Он тогда даже свою лекцию в день православной Пасхи закатил.

В Музее архитектуры им. А. В. Щусева – это еще одна площадка биеннале – порезвились уже известные зодчие Москвы. Здесь в рамках российского павильона две выставки: концептуальная «Персимфанс» (так в 20-ые годы назывался первый симфонический оркестр Моссовета, революционно обходившийся без дирижера, как архитекторы здесь – без куратора) в Руине и градостроительная «Новые города. Новое в городах» в главной анфиладе. Это что-то потрясающее! Заходишь в Руину, там все светится, горит, издает душещипательные звуки. Какой-то фантастический дутый небоскреб в усиках скандального бюро «Арт-бля». Рядом такая подсвеченная изнутри изящная штуковина, вырезанная лазером по картону, – вилла «Кабанон» бюро Юрия Григоряна. Потом – мавзолей из костей домино работы Юрия Аввакумова. Сначала пустой, спустя несколько дней после открытия на нем появился человечек, так сказать, вылез подышать. Страшно, но завораживает: красиво! Александр Бродский вылепил из комков глины психоделический интерьер. Опять страшно! Но в центре горит камин, и все трепещет какой-то первобытной радостью и уютом. И жить хочется. Очень эмоциональная экспозиция получилась. Также и в главной анфиладе. Здесь представлено 10 новых городов. Кураторы вообще говорят, что нашли в России 20 таких, но для выставки отобрали самые инновационные. Вы только подумайте, в прошлой статье мы писали про проект «Убывающие города» в ЦДХ, а оказывается и что-то новое зарождается! (Вернисаж выставки «Новые города. Новое в городах» соcтоялся спустя неделю после открытия биеннале). Целые массивы на окраинах Москвы, Питера, Екатеринбурга, Минвод, Казани. Только показано все это было в таких черных ящиках, выстроенных, как гробы. Опять страшно! Дизайнер – архитектор Алексей Козырь. Выставку шутя называли «Как Козырь градостроительный хит-парад похоронил». Зато в конце этой процессии ящиков – опять веселуха! Целый зал концептуального наива Павла Пепперштейна. Такие гуашевые разноцветные фантазии. Вот летит над городом Россия лазоревый шар русской духовности. И жить хочется.

 

Николино ухо

[image]

[image]

В. Савинкин, В. Кузьмин

Николино ухо

Архстояние

лето

Никола-Ленивец

еще фото объекта:

небо над ухом

небо над ухом

[image]

В. Савинкин, В. Кузьмин

Николино ухо

Архстояние

лето

Никола-Ленивец

АрхМосква 2006

вот текстик 2006 года, не вошедший в «Проект классику» ибо очень..

Звезды по-русски,

Карнавал, объявленный со страниц прошлого номера журнала «Проект Классика», начавшись «Под крышей дома» перетек на улицы «АрхМосквы». Бюро «Проект Меганом» выставило бешеный стенд строящегося неподалеку от ЦДХ Дома в Коробейниковом переулке.

Все шесть больших планшетов стенда падали. Сергей Скуратов ловил их плоскостные обмороки (1). «Сережа, ты сегодня дежурный по «Меганому»?» – приставал к нему Александр Ложкин. «Я им счет выставлю», – отнекивался тот.

[image]

Юрий Григорян шутил: «А вдруг он (стенд, а не Скуратов – прим. автора) кому-нибудь ногу отрубит?» Я моталась вокруг – фотографировала. Когда стало совсем страшно, спустилась в кафе. Здесь спокойно сидел «Меганом». Кушал. Я сказала: «Там ваш дом падает», – и показала ручкой. «Что-о?! – заорал Павел Лысихин и вытащил зубочистку изо рта, – В Коробейниковом?» И они вместе с Аскаром Рамазановым умчались, как потом выяснилось, в правильном направлении. В разгар потасовки Григорян привел к стенду делегацию. Все стояли и ждали. Видимо, чуда. Интересно было: кому. Василий Бычков, озадаченный речью Григоряна у его ялтинского стенда-макета (2), уже скрылся.

[image]

Лысихин, как коммунист, бросился на стенд-амбразуру (3).

[image]

Так карнавал и закончился. Чуда не случилось. Все остались живы. Впрочем, Дмитрий Гейченко распластал под своим парящим стендом кольцеобразный скелет какого-то гада (4),

[image]

да и дом в Тессинском переулке (5) Сергея Скуратова по своей садисткой пластике располосованных окнами фасадов с эркерами-рубцами также походил на иссеченное тело Минотавра поверженного. Всех участников разборки наградили. Может быть, это и есть чудо – есть Тесеи-победоносцы в своем Отечестве.

[image]

По версии статьи в прошлом номере журнала «Проект Классика», Минотавр выступал некой объективацией злых сил, действующих в современной московской архитектуре. Символически заточенный в Доме на Брестской с его логотипом домом-лабиринтом, он всех своей жирной массой, вероятно, ползал по дворцам московского метрополитена, проращивая их титанически напряженные своды в город посредством согласовательной деятельности навербованных в высших эшелонах власти «даггеров». Оттого и современная московская архитектура так заметно утяжелялась, опрощалась и оскандаливалась на стадиях перехода от чертежа к постройке. Потому на нее вешали ярлык тупика и копались в ее Х-файлах. А в этом году устроили западный звездопад, чтобы она как-то ободрилась. К разгадке даггеровского мифа московской архитектуры в последнее время подбирался в своем творчестве Александр Бродский, рисуя на бумагах, заляпанных символичным для его работ машинным маслом, даггеров-эфиопов, спускающихся на эскалаторах в метро, и сжимая в круг красных, как на кольцевой ветке метрополитена, фонарей «Репрессированную архитектуру» на выставке в МУАРе. Вероятно, почуяв близость развязки спрогнозированного им мифа, Александр Бродский в этом году устранился из числа самых награждаемых на «АрхМоскве» и установил себе в рамках экспозиции Арх-стояние «Никола Ленивец» кушетку, как пьедестал, в кладбищенской ограде (6).

[image]

Так сказать, классик при жизни. А пальму первенства передал Юрию Григоряну. Иные даже поговаривают, что ближайшая пятилетка «АрхМосквы» пройдет под знаком «Меганом».

У «Меганома» всегда что-то прет из стендов. Какая-то неспокойная энергетика. Гротеск коллективной телесности по Михаилу Бахтину. В прошлом году тоже, говорят, ежедневно отправляли кого-то заглаживать пузыри. Пора бы «Меганому» запретить выставляться в плоскостях. Не их жанр. Да и небезопасно это. Я даже помню в прошлом году каких-то двух хлопцев у стенда X-файлов, трущих ногтями в направлении окраин, точно вызывающих оттуда джина. А Питер Новейер потом возмущается: где архитектура как хэппенинг? Так вот она, родная. Русский хэппенинг – карнавал. Он еще не знает, как мы на стройках резвимся и кувыркаемся. Это на Западе, как утверждал на своей лекции Доменик Перро, архитектор – директор стройки, а у нас круг ролей архитектора, как в карнавале, неограничен. И зачастую, как говорят сами архитекторы, сводится к роли шута. А Перро еще посмеивается: «самое интересное в проектах русских архитекторов – энтузиазм». Говорят, у Перро проект 25 инстанций не согласовали. Интересно, как он теперь без русского энтузиазма отвертится.

Замученный заказчиками Сергей Скуратов, единственный кто по этой причине отказался участвовать в Арх-стоянии, на одной из конференций журнала АRХ предложил еще одних прототипов Минотавра, намекнув на червеподобную природу представителей офисной рассы – заказчиков. Но Петр Кудрявцев хочет расколдовать и этого Минотавра. Придумал для стройплощадок Москвы специальный павильон, в котором собирается обучать архитекторов и заказчиков общаться. Вадим Греков сделал первый павильон в виде такой интересной качалки. Ее должны были представить на «АрхМоскве» этого года. Но тут разве до мерно раскачивающихся павильонов, когда чужие звезды с нашего неба падают. Надо бегать, суетиться, ждать апокалипсиса хотя бы у этого бешенного стенда «Меганома», ставить, как Юрий Авакумов, зонтики над домом Мельникова, сооружать, как в телепроекте Евгения Асса, заборы, на случай, если звезды придут пешком. Заборы – это, кстати, то, что отличает нашу архитектуру от западной, сказал Евгений Викторович, и на эту тему у него случился телепроект.

Идея установки павильонов на стройплощадке чем-то напоминает практикабли «Меганома». Последнему без них никак не обойтись, потому как если у кого такая энергетика, обязательно чья-то досада случается. Вот и в ялтинский макет «Меганома», отцентрировавший экспозицию «АрхМосквы» этого года, какие-то завистники во второй день выставки втыкали зубочистки. Это выглядело как беспомощные аппараты Елизарова на здоровой ноге пехотинца. На макете «Меганома» были бодрые, как Утро Античности, фаллосы, смешные, как Закат Средневековья, башни-куличики, рассыпанные в геометрии созвездий по ялтинскому пляжу. «Меганома» наградили трижды: за ялтинскую экспозицию, за ажиотажный проект дома в Коробейниковом переулке и за то, что он такой – чудной – просто есть. А всего-то навсего и надо было наставить фаллосов и устроить потасовку. Надеть на пальцы сетку будущих колоннад и нарезвиться вдоволь. Кстати, другой лауреат «АрхМосквы» Дмитрий Гейченко тоже свой дом ладонями – их, как в дзюдо, взаимным поклоном – соорудил. Да и Сергей Скуратов известен телесностью своих построек то танцующих, как недовинченные из-за экономии заказчика пары небоскребов на Мосфильмовской, то агонизирующих, как дом в Тессинском переулке – лучший проект этого года.

Концепт тела – прорыв нынешней «АрхМосквы». Хотелось бы, чтобы он стал для российской архитектуры магистральным. Несмотря на то, что лучший архитектор прошлого года Михаил Хазанов проповедовал нашествие на Россию хайтека и постановку этой техногенной машины на поток. Наиболее техногенным оказался на «АрхМоскве» этого года третий этаж, вместивший экспозиции западных звезд и примкнувшего к ним Хазанова. Проекты западных звезд с разной степенью точности ксерокопировали друг друга, как это произошло с «Городом столиц» NBBJ и Эрика ван Эгераата. Тавтологизировали с другими выставочными площадками Москвы – Норман Фостер в ГМИИ имени Пушкина и на «АрхМоскве». Повторяли друг друга штырями и другими антителесными колюще-режущими оттопыренностями, как в башнях Фостера и Хазанова. Вот тебе и «To Russia with Love» с контрабандой садизма. Как тут не ободриться в ответ. Да и вообще экспозиция западных звезд отдавала какой-то второй свежестью. Никаких тебе прорывов, неожиданностей, ажиотажа. Оппозиционной третьему этажу стала небольшая размещенная в разделе мебели экспозиция фестиваля Арх-стояние «Никола-Ленивец».

Техногенную машину тут взяли в оцепление: Евгений Асс представил коврик с грузовиком в луже, поглощаемым со всех сторон бушующей тугой зеленью (7).

[image]

Вот где настоящая потенция архитектуры. Здесь возможны, по крайней мере, две интерпретации: то ли речь идет о победе все той же телесности-бионики, то ли о том, что денег в Москве, как говорит Эгераат, слишком много и мы сумеем-таки, наплевав на веяния западного мейнстрима, изобрести в архитектуре и в начале этого века нечто новое, русское. А главное – достойно все это отстроить. Не из «строительного мусора», как разрушающиеся сейчас здания авангарда, но и не из пластмассы там, где планировалась нержавеющая сталь, как это сплошь и рядом сейчас бывает из-за раскрытого для профанов Владимиром Паперным дикого метода финансового хозяйствования в строительстве: деньги изымаются в процессе, а не на этапе сдачи объекта. Потому, возможно, и архитекторы с таким явным удовольствием придумывали объекты для фестиваля Арх-стояние. «Без бетона!» и уж тем более без пластмассы призвали кураторы обойтись участников фестиваля, использовать исключительно экологичные материалы. Так Виталий Стадников прицелился в женское тело, нарисовал там, боди-артист, спираль-мишень и насадил по ней в поле из берез женский туалет «Просковья». Очень милая вещь получилась. А Галина Лихтерова сжалилась над нелегальными мертвецами и неподалеку от места, где разместил свою кушетку Бродский, вырезала в чаще крест, который просвечивается заходящим солнцем. Кураторы «АрхМосквы» Влад Савинкин и Владимир Кузьмин соорудили древесный акустический театр в форме уха, чтобы любоваться тишиной. Экспозиция отличалась обилием остроумных размышлений на самые насущные, неотвратимые и бесполезные темы – утилизации отходов жизнедеятельности, смерти и созерцательности.

Скрытый гений «Меганома» Юрий Кузнецов – алхимик макетов – водил экскурсию по экспозиции фестиваля. Остановил у бревенчатой Башни Татлина работы Ивана Чувилева, Вадима Ветрова, Григория Сорокина (8).

[image]

Авторы предупредили в аннотации, что это всего лишь «визуальный театр», для его зрителей предусмотрены скамейки. Все культурно. А Юрий сразу лезть куда-то засобирался, вскарабкиваться, дам приглашать в поход, падать, подниматься, смотреть на небо. «Бывает, – говорил Юрий, – человек так замотается, что и небо перестает видеть». Барышни смотрели на Юрия с подозрением (9).

[image]

Это ведь как если Доменик Перро построит-таки свой перфорированный лесенками кокон, а по нему начнут русские люди лазить. Изнутри и снаружи. Мы же дикие. Как тараканы. Перро так и сказал на своей лекции: «Оживляющий элемент вносят люди, и это очень важно».

На семинаре «LUX: LIGHT & LUXURY» обсуждали еще один прорыв «АрхМосквы» этого года. Им стал свет. Юрий Григорян представлял свою Luxury village. Менее пафосный объект бюро «Меганом» также интересный в плане игры со светом тянул на то, чтобы стать программным для «АрхМосквы» этого года с ее так толком и не разъясненной кураторами темой Starchitecture. Это был макет маленького деревянного дома (10), представленный в экспозиции Арх-стояния.

[image]

Все стены и двускатная крыша этого дома были покрыты дырочками в оригинале должными быть просверленными под разным углом и разного диаметра. Внутри была лампочка в 500 Ватт. В темноте дом начинал светиться подобно звездному небу. Но звезды у него были любопытные. Это, конечно, не звезды – генераторы света, но зато и не отражатели, как западные, питающиеся нашим авангардом. Вон как Том Мейн на своей лекции восхищался недосказанность композиций Гинзбурга, Мельникова и Татлина. Да и Поль Андре рассказывал, что многое почерпнул из русского конструктивизма. И это не звезды – пустые места, которые стоят дорого, как голый стенд Филиппа Старка. И уж тем более не звезды, ставшие логотипом «АрхМосквы» этого года, отсканированные с рубашки одетого в нее куратора – типа поносил эту звездную архитектуру и выкинул. Это были звезды – проводники света, что, кстати, весьма адекватно творческой концепции Юрия Григоряна, по странному убеждению которого архитектура находится на небесах.

Ольга Орлова