Архив метки: Московская Биеннале Архитектуры

18 Международная выставка архитектуры и дизайна «АРХ Москва NEXT! 2013»

Даты и факты АРХ Москва NEXT!:
1. 22-26 мая, Центральный Дом Художника, Крымский вал 10
2. Примут участие более 200 экспонентов.
3. Будут представлены участники из 8 стран: Австрия, Бельгия, Великобритания, Германия, Италия, Латвия, Россия, Франция
4. Экспозиция выставки составляет более 12.000 кв.м брутто
5. Ожидается более 20 000 специалистов из РФ и стран ближнего и дальнего зарубежья

АРХ МОСКВА – лучшая площадка для установления бизнес контактов в сфере архитектуры, девелопмента и строительства.

ArchMoscow

ПРОГРАММА АРХ МОСКВЫ 2013 ОБЪЕДИНЕНА ТЕМОЙ NEXT!

Новости в разделе Архитектура

В 2013 году АРХ МОСКВА NEXT! обещает стать самым крупномасштабным шоу архитектурных талантов в мире. На выставке будет представлен международный конкурс ARCHIPRIX International, показ дипломных работ лучших выпускников архитектурных школ во всем мире. Этот конкурс проводился в Стамбуле (2003), Роттердаме (2005), Шанхае (2007) и Бостоне / Нью-Йорке (2011). В 2013 году Москва удостоена чести принять это мероприятие, и средоточием всех событий станет Центральный Дом Художника. ARCHIPRIX International включает выставку, состоящую из 300 дипломных работ, и церемонию награждения победителей. По случаю выставки ARCHIPRIX более 100 талантливых выпускников планируют посетить Москву и принять участие в недельном семинаре, в рамках которого будут разработаны предложения для инфрастр уктуры города. Эти предложения также будут представлены на АРХ МОСКВЕ в ЦДХ.

С 2009 года АРХ МОСКВА NEXT! представляет конкурс для молодых российских архитекторов — ПРЕМИЯ АВАНГАРД. В этом году ПРЕМИЯ АВАНГАРД посвящается архитектору Константину Мельникову. Задания на проектирования связаны с творчеством мастера. В этом году в конкурсе участвуют проекты 20 номинантов, и 4 финалистов. В первом туре соискатели представят проект остановки общественного транспорта, прошедшие во второй тур продемонстрируют проект современного клуба (многофункционального общественного центра). В рамках подготовки к конкурсу финалисты отправляются в Милан для посещения мастерских ведущих итальянских архитекторов и ознакомления с современной архитектуры Италии. На АРХ МОСКВЕ NEXT! члены международного жюри объявят Лучшего молодого архитектора России, премиальный фонд составляет 10 000 долларов США.

С радостью сообщаем Вам, что первый тур конкурса «Премия АВАНГАРД 2013» имени К.С. Мельникова завершен и определены 4 финалиста. Их имена будут обнародованы на сайте www.archmoscow.ru и сайте http://premia-avangard.ru/2tur

Читать далее

Публикация в журнале Sync

В журнале Sync опубликованы 2 статьи:

«Антикондиционализм. Теория архитектурного хаоса» и «Как жить через 5, 50 и 500 лет?«,

посвященные миру эпохи Антикондиционализма и 1 Московской Архитектурной биеннале.

Антикондиционализм

“Sync” № 7(31)

Фоторепортаж с 1 Московской Архитектурной Биеннале

Самый большой фоторепортаж с Биеннале в интернете: 182 снимка

[image]

прессслужба

вот еще публикация в газете Завтра

И жить – хочется!

АрхМосква, входящая в состав растянутой на месяц Московской биеннале архитектуры, cхлынула. Как то ей и положено, спустя неделю. Все вздохнули с облегчением. Как никак выставка 13-ая, а биеннале – первая!

АрхМосква – это всегда такое взбудораженное коловращение. Девушки в фуражках с обнаженными спинами вручают проходящим какие-то бумажки. Татуировка в районе плеча – логотип фирмы. Очнувшись, обнаруживаешь такой же на флаере. Оказываешься в очереди. Очень интересно: ящик-шарманка. Все стремятся заглянуть внутрь и тут же трясут головами: «бр-р!» Приложившись, понимаешь их: опять реклама. На этот стенд завлекают шампанским, на том, что сбоку – раздают конфетки. Неизменно в гуще этого пиар-действища несколько – неперечет пальцев одной руки – выставки известных архбюро. Хорошая примета – выкупать те же площади, что и в прошлом году. Так, Владислав Савинкин и Владимир Кузьмин на том же месте и вот – лучшая архитектурная экспозиция. Так же и Тимур Башкаев – лучший дизайн объект. А самое замечательное – занять эпицентр, тогда сразу архитектором года становишься! Не уверена с прошлым годом, но в позапрошлом именно так все и случилось. И в этом – тоже. Нет, Сергей Скуратов – прекрасный архитектор!…

Мне вот недавно довелось проехать с иностранцами по югу нашей страны. Они таращились в окна автомобиля и постоянно спрашивали: «Война была?» Я не понимала. «Вид у домов такой, что или вчера бомбили или завтра будут», – объяснили мне. Мы ведь в России зачастую и не задумываемся «Как жить?» (тема у АрхМосквы и всей биеннале такая). Просто живем. Иногда – выживаем. Обустройство – оно как-то за рамками жизненного горизонта значительного процента населения нашей страны. Кстати, там же в одной из кубанских станиц, иноплеменнику приснился сон. Даже не сон, а какое-то почти телесное ощущение посетило его: зубы есть, а корни у них отсутствуют. «Это про вас», – сказал он мне. И ведь не из какой-нибудь он был топовой державы Евросоюза. Всего лишь – чех.

Так вот, а Сергей Скуратов – архитектор этого года, знаете, как про свои постройки говорит? «Стремлюсь делать музейные экспонаты – дома, даже просто смотря на которые, получаешь какой-то запас энергии. Люблю все, в чем чувствуется рука человека: пережженный кирпич с неровными краями, плиты с отколами. Могу смотреть на материалы и представлять, как где-то в Голландии заботливый печник ел свою голландскую колбасу и спокойно выпекал кирпич или как какой-то немецкий каменотес аккуратно с милиметровыми зазорами высекал из юрского известняка плиту, разглядывая застрявших в ней наутилиусов. Если все в доме вплоть до мелочей сделано неторопливо с любовью, дом будет излучать тепло. Все, что я строю должно стоять долго». Я не знаю более актуального для нашего неукорененного сознания ответа на вопрос «как жить?» Другое дело – цена этого ответа. Благородная медная обшивка одного из самых известных домов автора на Остоженке «Cooper house», отождествленная с зеленью купюр, сыграла с этим, безусловно, выдающимся произведением современной российской архитектуры злую шутку.

Если для Ле Корбюзье – зодчего времен оптимистичных гонок на приз «справедливости, равенства, братства» дом представлялся «машиной для жилья», то сейчас мы вернулись к типологии домов-экспонатов. Причем их проектирование для архитекторов определенная форма служения народу. Невозможно поверить, но факт. Тот же Скуратов говорит, что старается своей работой «лечить пространства». А медицина, тем более архитектурная, требует дорогостоящих препаратов. Думаете легко построить дом, при виде которого «А-а-ах!» длится столько, что о населяющих его буржуях вспоминаешь, ну, скажем, к концу четвертого дня следующей недели.

Вы не представляете себе, какие наши архитекторы дипломаты! Как они обрабатывают заказчиков, что не надо экономить на фацетном стекле и юрском камне. «По сравнению со стоимостью участка – тьфу, сущие копейки! Пару раз в сауну не сходишь». Сколько коньяка им приходится выпивать за этими беседами. Благо, по-настоящему щедрых заказчиков у нас раз-два и обчелся. А то бы наши архитекторы давно бы уже, наверно, спились.

Но это все прелести в рамках шумливой и, как и первопрестольная, деловито-безалаберной АрхМосквы. Биеннале – о другом. Она вообще родилась из изумления куратора известного в стране своей издательской деятельностью голландца Барта Голдхоорна: «Почему качество массового жилья в крупных городах России в разы ниже зарубежного, в то время как цены на порядки выше?» Понимание – это обнаружение и снятие парадокса. Так говорил мой любимый преподаватель в университете. Голдхоорн нашел, пожалуй, ключевой для нашей жизни парадокс и попытался средствами затеянного экшена его снять. А понимание – уже шаг к исправлению ситуации. Нельзя не отдать должного голландцу. Действовал он практически в одиночестве. При позорном игнорировании значения этого начинания властями: Минкульт дотировал на проведение архитектурной биеннале 300 тысяч рублей (один макет с наворотами может стоить столько же, но в у.е.) в то время как на художественную выделял больше 4 мил. $.

Чисто российская байка: архитектура – это вам не искусство! Коммерция и дипломатия. Заработаете, мол, и выторгуете средств сами. Только нет у российского архитектора более больной мозоли и нежного мечтания, как то, что архитектура – это искусство! Поэтому от Голдхоорна с его сумасшедшей идеей решения социальной головоломки отвернулись и архитекторы. Ну, не отвернулись, а так скептически понаблюдали за процессом и подготовки, и проведения мероприятия. Я уже писала в предыдущей статье, что даже на слушания Общественной палаты РФ пришли в день открытия биеннале. Их там обозвали «рэкетирами», они ушли. Потому что – художники. Видели, как архитектор прошлого года Сергей Киселев расписал высотку в Черемушках? Дом называется «Авангард», но никакой агрессивной авангардной гаммы нет и в помине: лимонные, салатные, голубые, оранжевые пятна. Рэкетиры разве так веселятся?

В центре биеннальных обсуждений – средний класс. Образно говоря, он оказался между двумя стульями. На одном – сидят богачи. Эти купят себе какое угодно жилье. На другом – уместились более многочисленные малоимущие. Они там надеются на субсидии государства. А средний класс, на то он и средний, – посередине. Допустим, это не учителя и врачи, которых к улыбкам и похахатываниям собравшихся чуть было не записал туда руководитель проекта «Российский дом будущего» (правительственного, патронируемого президентом РФ) Сергей Журавлев, а продвинутые менеджеры и креативщики. Если продвинутые, скорее всего в столице. И большая их часть – провинциалы. (Знаете, мороз по коже: целыми классами, да что там – поселками! люди в Москве друг друга находят, хотя и сами давно ее уже «нерезиновой» называют). Что они – те, что выбились в пресловутый «мидл», – могут себе позволить даже при зарплате в пару-тройку тысяч у.е.? Хату из элитного клеенного бруса местной склейки где-нибудь в Апрелевке? Комнату в коммуналке в нескольких км от МКАД? А оно им надо? Лучше уж домик в Италии. Там на малозаселенных территориях – даже иностранцев какими-то особыми строительными кредитами привечают.

Сколько эмоционального напряжения порождает в нашей стране элементарная насущность жилья. Как мучительно тратить заработанное, сбереженное, последнее на то, что не нравится и явно того не стоит. Как обидно платить всю жизнь «бабе Маше» (как выразилась на слушаниях депутат Галина Хованская) и др. ипостасям даже без гарантии не оказаться на улице в несезон. Как заедает отдавать каждый раз риэлторам полную стоимость снимаемого жилья. А если это повторяется через каждые несколько месяцев? Так люди привыкают ненавидеть друг друга. И это еще не криминальные ситуации, которыми рынок аренды прошит. Строительство доходных домов – выход. Но тогда ими надо застроить полстраны, пол Москвы – точно. Частному бизнесу – это невыгодно. Почему этим не занимаются муниципалитеты?

Научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин отметил, что корумпированность муниципалитетов и монополизация стройиндустрии достигли в стране критического уровня. «Структура строительного рынка, – как сказал он, – это полное торжество альянса местной власти и монополистов. Посмотрите на норму рентабельности: у автодилеров, где есть конкуренция, она 10 %, а у застройщиков все – 100». Никто из присутствовавших в зале девелоперов порядок цифр не опровергнул. Как, впрочем, и из муниципалов никто голоса не подал.

Но биеннале – архитектурная. Должна изменить представление о качестве массового жилья. Кстати, так радикально этот вопрос ставится у нас в стране впервые. Даже в материалах нацпроекта речь идет только о количестве кв м. Немудрено, что при таких госзадачах наша монополизированная стройиндустрия счастливо развернулась вспять к советской системе панельного домостроения. (В Европе от нее отказались еще в 70-х). «В этих трущобах жить нельзя! – глядя на хрущевки, сокрушаются коллеги Голдхоорна из-за рубежа. – Их надо кардинально реконструировать!» «Сначала такие надо перестать строить», – машет руками Барт. На Западе именно многочисленный строй подрядчиков узкой специализации обеспечивает вариативность, инновационность и снижение себестоимости жилья. У нас среднего бизнеса в строительстве просто нет. Но зарубежом, известно, и тендеры, и девелоперские, архитектурные конкурсы отличаются прозрачностью.

Без развитой технологии строительства, как говорит москвич великобританского происхождения архитектор Джеймс МакАдам, здесь в России лучше не грезить об архитектуре, а чертить «честные коробки». Образуется порочный круг: конкурентный вакуум в стройиндустрии и всеядный спрос на рынке. Мы уже писали о том, что новое жилье скупают в основном не для жизни, просто фундируют капитал. Комфорт и эстетика никого не волнуют. Антимонопольный лом, кредиты среднему предпринимателю, установление так называемых «технологических коридоров», прохождение которых – условие существования бизнеса, – необходимые меры сверху. «Иначе есть реальная опасность, что однотипным панельным жильем будут застроены все крупные города России», – предостерег председатель комиссии Общественной палаты по региональному развитию, профессор кафедры теории и истории архитектуры МАРХИ Вячеслав Глазычев.

Евгений Ясин констатировал, что нацпроект «Доступное и комфортное жилье», который до своего президентства курировал Дмитрий Медведев, под угрозой срыва. Если ситуацию не переломить на государственном уровне, ближайшие поколения, скажем так, простых россиян о доступном и комфортном жилье могут забыть. Стимулировать демографию при таком раскладе аморально! Интересно, что об ипотеке никто ни разу даже не заикнулся. Это слово как-то неприлично стало употреблять.

А жить все-таки хочется. И без презентации сколь-нибудь радужных перспектив ни одна биеннале не мыслима. Без поисков концептуально и пластически небывшего – архитектурная невозможна. Вот разместилась на третьем этаже ЦДХ выставка лауреатов конкурса «Дом-автоном. Русская дача XXI века». Здесь молодые архитекторы упражнялись в освоении родных пустырей. Сочиняли независимые от инфраструктуры жилища. В ход шли солнечные батареи, ветряки и даже так называемая «темная», то есть не изученная наукой энергия. Открывает экспозицию дача, спроектированная по прототипам географически близких сэру Норману Фостеру (единственный член жюри конкурса) знаменитых английских «кругов на полях» и Стоунхенджа. Авторы отмечают, что эти объекты «спонтанной архитектуры» с родины мэтра основаны на круговых, издревле признанных в качестве сглаживающих агрессию материнских иероглифах, а именно такая графически-пластическая информация для России сегодня крайне актуальна. В то время как сам Фостер известен как автор самых экспрессивно жестоких объектов нашей страны: «трехкинжальника», воткнутого в небо – башни «Россия» в районе Москва-Сити, хищного похожего на клюв с какой-нибудь фашистской карикатуры острова «Новая Голландия» в Санкт-Петербурге и др. Смешно, что авторы этой самой новой русской дачи цепочку кругов и полукругов на ее генплане окрестили «дорогой домой», промаркированной «штрафными площадками», коих на скопированном английском оригинале оказалось ровно столько, сколько у Фостера проектов в России. Последнему вообще как-то «досталось» в этом году. На АрхМоскве какое-то зарубежное бюро BRT RUS выставило клоны его проектов – усеченную башню «Россия» и разрезанный планируемый к постройке как раз на месте ЦДХ «Апельсин». И все смеялись. А в зарубежном павильоне выставлялся некто архитектор также Фостер, только Стефан. И не слишком искушенная публика говорила: «О! Фостер!» И им кивали: «Не тот!» И все опять смеялись. Этот год в некотором смысле реванш над звездным гостем. А позапрошлый был для него бенефисным. Он тогда даже свою лекцию в день православной Пасхи закатил.

В Музее архитектуры им. А. В. Щусева – это еще одна площадка биеннале – порезвились уже известные зодчие Москвы. Здесь в рамках российского павильона две выставки: концептуальная «Персимфанс» (так в 20-ые годы назывался первый симфонический оркестр Моссовета, революционно обходившийся без дирижера, как архитекторы здесь – без куратора) в Руине и градостроительная «Новые города. Новое в городах» в главной анфиладе. Это что-то потрясающее! Заходишь в Руину, там все светится, горит, издает душещипательные звуки. Какой-то фантастический дутый небоскреб в усиках скандального бюро «Арт-бля». Рядом такая подсвеченная изнутри изящная штуковина, вырезанная лазером по картону, – вилла «Кабанон» бюро Юрия Григоряна. Потом – мавзолей из костей домино работы Юрия Аввакумова. Сначала пустой, спустя несколько дней после открытия на нем появился человечек, так сказать, вылез подышать. Страшно, но завораживает: красиво! Александр Бродский вылепил из комков глины психоделический интерьер. Опять страшно! Но в центре горит камин, и все трепещет какой-то первобытной радостью и уютом. И жить хочется. Очень эмоциональная экспозиция получилась. Также и в главной анфиладе. Здесь представлено 10 новых городов. Кураторы вообще говорят, что нашли в России 20 таких, но для выставки отобрали самые инновационные. Вы только подумайте, в прошлой статье мы писали про проект «Убывающие города» в ЦДХ, а оказывается и что-то новое зарождается! (Вернисаж выставки «Новые города. Новое в городах» соcтоялся спустя неделю после открытия биеннале). Целые массивы на окраинах Москвы, Питера, Екатеринбурга, Минвод, Казани. Только показано все это было в таких черных ящиках, выстроенных, как гробы. Опять страшно! Дизайнер – архитектор Алексей Козырь. Выставку шутя называли «Как Козырь градостроительный хит-парад похоронил». Зато в конце этой процессии ящиков – опять веселуха! Целый зал концептуального наива Павла Пепперштейна. Такие гуашевые разноцветные фантазии. Вот летит над городом Россия лазоревый шар русской духовности. И жить хочется.

 

публикация в газете Завтра

КАК ЖИТЬ НЕЛЬЗЯ

Первая Московская архитектурная биеннале открылась. Программа насыщенная — аж до конца июня. Потоки людских масс, разбавленные встревоженными лицами архитекторов, в Центральном доме художника не иссякают. Движение определенно есть. Осталось выяснить — куда?

Архитекторы — народ эмоциональный. Главная архитектурная выставка страны АрхМосква всегда была под стать. Лейбл 2004 года — Тупик, когда все предаются меланхолии. 2005 — Х-файлы (загадочно улыбаются, обнажая исподнее архитектурного процесса). В 2006 — Звезды «звездят».

В прошлом году с пролонгацией на этот в кураторы выбился издатель ведущего архитектурного журнала страны «Проект Россия», идейный голландец Барт Голдхоорн, и — бац! Тема: городские пространства. У архитекторов вытянулись лица.

В этом же году им пообещали вырастить АрхМоскву до биеннале. И все радовались. Можно сказать, обнимались. И что вышло? Тема была заявлена «КАК ЖИТЬ» — самое страшное, что без какого-либо знака препинания в конце.

Традиционную некоммерческую экспозицию АрхМосквы на этот раз окрестили «Квартальный вопрос». Снова городские пространства в основном в элитных районах российской и украинской столиц. Может быть, и не все здесь элит-уровня, но буклеты по продаже говорят за себя сами. Попадись куратору в руки маркер, он бы, наверно, подписал: НЕ ТАК. В его терминологии это все равно, что Mersedes за цену Lamborghini. И далее начертил бы стрелочку: прямо и налево — в международный павильон. Здесь 15 ответов КАК НАДО. Нидерланды, Франция, Америка, Швейцария, Англия, Япония, Китай, даже Чили. Итого 12 стран. Гуманные, пластически нескучные и технологичные варианты социального жилья! Но знаете, если соорудят в Мытищах то, что представленный на выставке Аледжандро Аравена строит десятками тысяч в Африке, ничего доброго не выйдет. Наши покрасят в красный и скажут: «Хай-тек!» А хай-тек, знаете, сколько стоит?

Ведь сегодня в России архитектура — акcесcуар миллионеров. «Мы обедаем с толстосумами в шикарных ресторанах, — сказал архитектор этого года Сергей Скуратов, — а где-то параллельно существует огромное государство, для которого мы, архитекторы, не делаем ничего. Попроси меня сейчас построить дом для бедняка, я и не знаю, как это сделать. Наверно, и не смогу».

А архитектор позапрошлого года Юрий Григорян и вовсе мечтает макет из золота соорудить, и уже отливает из чуть менее дорогого муранского стекла.

В день открытия биеннале в ЦДХ устроили слушания Общественной палаты РФ. Ожидали чуть ли не самого господина Медведева, до своего президентства курировавшего нацпроект «Доступное и комфортное жилье». Но после Сталина и Никиты Сергеевича госуровень в архитектуре, известно, упал. Президент не приехал. Зато на прения неожиданно явились зодчие. Я, например, сидела в 13 ряду, справа от меня через пару персон сидел архитектор прошлого года Сергей Киселев, слева — герой нынешнего Сергей Скуратов. Слушали доклады о жилье — недоступном! фу, некомфортном! «Все равно, что «Жигули» по цене “Mersedes”, — кивал Голдхоорн.

Критик из Сибири Александр Ложкин заступился: «Перед архитектором сейчас вообще не ставится задача проектировать комфорт, лишь — извлекать максимум кв. м!» Новые квартиры — «застывшее бабло», воздухохраны. Не только в Москве, во всех городах-миллионниках.

«А архитекторы, — не выдержал тогда ведущий дискуссии главред журнала «Эксперт», член Общественной палаты Валерий Фадеев, — рэкетиры!» (Cобрался себе строить дом, как вдруг узнал размер гонорара архитектору). «Они все с телохранителями ходят!» — уличал он. Скуратов встал и пошел. И все увидели — без охраны. В одиночестве удалился и Киселев. Серые господа с напряженными шеями шныряли больше по-соседству.

В здании Третьяковки на Крымском валу в рамках также включенного в состав биеннале фестиваля «Под крышей дома» выставляли освеженный Генплан Москвы. «Новый Генплан не учитывает существующую систему финансирования строительства — широкоплечих ребят с большими чемоданами денег, которые захватывают участки в центре», — заметил архитектор Евгений Асс.

Москва сегодня самый буржуазный город мира. Здесь вращается порядка 80% средств огромной страны. Ни в каком другом мегаполисе нет такой мощной сцепки власти и капитала. Оттого-то, несмотря на эти «раковые» инвестиции, архитектура первопрестольной весьма провинциальна.

И это при том, что Москва — единственный растущий город страны. Остальные в редком случае стабильны, в основном — съеживаются, чему посвящена трогательная выставка исследовательского проекта «Убывающие города». Есть, например, такой в Ивановской области — Южа. Здесь самый высокий в России уровень безработицы — 39%. На месте бывших газонов — огороды. Центральная газета до сих пор называется «Светлый путь». И все, кто еще не уехал, мечтают уехать в Москву и обзавестись там квартирой. Человек в ключах (см. на снимке) — страшная метафора гуманоида, испорченного этим самым вопросом, провожает нас у выхода с экспозиции.

 

Фоторепортаж с Первой московской архитектурной биеннале

См. Фоторепортаж с Первой московской архитектурной биеннале

Вторая статья про Первую московскую архитектурную биеннале И ЖИТЬ — ХОЧЕТСЯ!

Еще статья про Московскую биеннале КАК ЖИТЬ ЧЕРЕЗ 5, 50, 500 ЛЕТ? в ЦИХ juornal.

Здесь есть даже мой собственный архитектурный проект, шутливо «Русская улыбка сэру Норману Фостеру». Здесь в блоге, как он создавался КУВЫРОК-АРХИТЕКТУРА.

Статья с Венецианской архитектурной биеннале МАКЕТ НА КОЛЁСИКАХ

См. также Фоторепортаж с Венецианской архитектурной биеннале.

Бездна Стиля на НТВ

Сюжет про 1 Московскую Архитектурную биеннале, где в частности рассказывается о проекте «Bio-City в Казахстане» был показан на канале НТВ.

Перейти к просмотру: «Бездна Стиля«

НТВ. Сегодня. Итоговая программа.

НТВ

Дом-Автоном

Проекты ЦИХа для конкурса Дом-Автоном опубликованы.

Представляем: дом «Ось»дом «Ёжик»дом «Экран» .

Эти и другие проекты Вы также можете посмотреть на выставке в рамках 1 Московской Биеннале архитектуры в ЦДХ до 22 июня.

Дом-Автоном

Фоторепортаж с открытия выставки Персимфанс

Выставка Персимфанс, МуАр, Руины

Первая Московская Архитектурная Биеннале

Арх Москва 2008 / первая Московская Биеннале Архитектуры

Тема года: КАК ЖИТЬ Куратор: Барт Голдхоорн

В этом году выставка Арх Москва включена в официальную программу Первой Московской Биеннале Архитектуры. Это новый формат архитектурной презентации, которая включает в себя широкий показ лучшей российской и зарубежной архитектуры, обсуждение перспектив её развития, профессиональную дискуссию о принципах создания качественной архитектурной среды.

Подробности на cih.ru:

ТЕМАТИЧЕСКИЕ РАЗДЕЛЫ ВЫСТАВКИ

ПРОГРАММА ВЫСТАВКИ

ПРЕССА О БИЕННАЛЕ

ТЕМА ГОДА: КАК ЖИТЬ

УЧАСТНИКИ АРХ МОСКВЫ

EN ↓

FIRST MOSCOW ARCHITECTURE BIENNALE

ABOUT THE EXHIBITION

PARTICIPANTS

а также ↓

ПЕРСИМФАНС

ПЕРПЕНДИКУЛЯРНЫЕ ВЫСТАВКИ ЦИХа

Московская Биеннале Архитектуры

Первая Арх биеналле

…Была на пресс-конференции Первой архитектурной биеналле: Как жить. Сужающийся к выходу клин сначала затылков, потом – сосредоточенных неизвестных мне лиц. Между сначала и потом: профиль с соломенными волосами – прямыми, простыми, набегающими на лоб и подбородок… Нос выдает. Лара! Иду к ней, огибая телом не владеющих топографией вне объектива фотографов.

Потом на острие клина, в рамке двустворчатого проёма нарисовался Ревзин, Григорий. Бронзовый, с двойней темных всегда любопытных зрачков. Пространство зашевелилось интригой. Но он постоял и вышел. И всё опять стало спокойно.

Зато в зал протиснулся Саркисян, Ашотович. Ведомый рассекавшей столпившихся блондинкой, на ходу кивает дамам, похожим на Екатерину Деготь (но не она). В президиуме здоровается за руки с заседавшими. Сняв что-то коричневое, остается в красном: СССР! Получив слово, с напором:

– Не думал, что когда-нибудь доживу до того момента, когда наш музей, будут называть павильоном… (Это его Бычков так, который тупо смотрит в квадрат перед собой: о чём это он?)

В итоге Ашотович сообщает, что его осенило. Прямо сейчас. Покажет интерьеры «русского дома» (Лара встревоженно: деревенского? городского?), которые еще никто и никогда не видел, потому что в его запасниках такого много.

говорили и другие, но сдержанно и по делу…

и моросил дождь. И все расходились насупясь…

так и живём. А биеналле солнечная, в мае.