Селим Омарович Хан-Магомедов
Центр Исследования Хаоса и Ольга Орлова представляют:

 


 

Селим Хан-Магомедов:

Неоклассика + Авангард: Почему бы не попробовать?

Селим Омарович, в начале XX века мы были в авангарде мирового архитектурного процесса. Сегодня — на обочине. Есть ли у российской архитектуры шансы вернуть себе былые позиции?

– Архитектура нового тысячелетия будет формироваться на основе двух стилевых систем, имеющих статус интернациональных. Это классический ордер и авангард. Эти две стилевые системы имели право претендовать на лидерство в XX веке. Причем в России эти претензии на лидерство классики и авангарда проявились в чистом виде. Именно в нашей стране зародился авангард. В нашей стране в XX веке дважды господствовала неоклассика очень высокого художественного уровня. Кроме того, у нас в первой трети XX века были попытки формально-стилистически объединить неоклассику и авангард. Например, пролетарская классика Фомина, постконструктивизм Колобова, Ильина и других. Такие попытки предпринимались и зарубежными архитекторами. Например, Перре и Боффил. А во второй половине XX века такие попытки можно обнаружить у наших «бумажных» архитекторов.

В одной из своих монографий в ответ на утверждение тех, кто предрекал скорую смерть авангарду, Вы писали, что XX век для авангарда — это период архаики, а сам авангард перейдет в третье тысячелетие. Так и случилось. Но какая судьба ждет в новом тысячелетии второе интернациональное стилевое направление — классику?

 

Сегодня от архитекторов часто приходится слышать, что они работают как будто в вакууме. Критика их хвалит чересчур и не за то. Наука молчит. О том, что может сегодня стать сутью архитектурного эксперимента, наш разговор с энциклопедистом самой востребованной в современной мировой архитектуре творческой концепции русского авангарда Селимом Омаровичем Хан-Магомедовым.

 


Клуб
архитектор — Константин Мельников

– Ответ на этот вопрос связан с выбором современными архитекторами стратегии в процессе поисков формообразования. Трудно согласиться с тем, что такая развитая художественно-композиционная система, как классический ордер, просуществовавшая более двух с половиной тысячелетий и бывшая аксиомой нескольких стилей, может быть отброшена современной архитектурой.

Селим Омарович, архитектуру авангарда, как, впрочем, и всю современную архитектуру, ругают за обилие прямых углов и плоскостей, за гиперагрессивные ритмы, бесчеловечные масштабы, вменяют ей в вину чьи-то эпилептические припадки, увеличение психически неуравновешенных и даже близоруких людей. Да и в принципе, в отличие от классики, не любят. Насколько творческие поиски архитекторов должны корреспондировать с доминирующими в обществе взглядами на архитектуру?

– Я лично считаю недопустимым вмешательство специалистов из других областей науки и профессиональной деятельности, а тем более неспециалистов, в художественный процесс формотворчества архитектуры. А что касается этих псевдонаучных нападок на архитектуру, то я могу ответить так: человек очень удивительное существо. Он адаптируется к самым различным как природным, так и архитектурным пространствам. Песчаные пустыни, горы, мелкие острова в океане, леса, классические сооружения, авангардная архитектура — смена окружения никогда не становилась для человека катастрофой, а лишь способствовала его развитию.
А обывательские и псевдонаучные попытки влиять на архитектурный процесс иногда создают просто комические ситуации. Например, четверть века тому назад некая группа специалистов придумала науку квалиметрию. Они предлагали математически просчитывать художественную ценность любого архитектурного образа, определяя при этом его категорию — первую, вторую, третью.

 

 



 

Или, например, был такой специалист, который долго исследовал городскую архитектуру и сделал вывод, что надо проектировать городские здания таким образом, чтобы ни одна птица не могла ночевать на их чердаках. И знаете почему? Потому что эти птицы своими испражнениями, видите ли, портят фасады.  
 

Это сейчас смешно, а в то время приходилось созывать целые коллегии, проводить «круглые столы», в ходе которых доказывать неправомочность таких точек зрения на архитектуру.

Хуже, когда такие посылы исходят как задания от власти. Совершил же Никита Сергеевич Хрущев переворот в архитектуре, запретив советским архитекторам заниматься художественным формообразованием. И вот, когда он был в Индии, его повезли в Тадж-Махал. И что вы думаете, он выразил восторг и восхищение? Ничего подобного. Он сказал: «Вот куда идут народные деньги».

Поэтому найти выход из обозначенной ситуации — это задача для профессионалов? А каким образом, на Ваш взгляд, в поисках формообразования современных архитекторов классика может взаимодействовать с авангардом?

– Неоклассика и авангард могут сменять друг друга во времени в связи с психологической усталостью от «одностилья» и архитекторов, и заказчиков, и в целом общества как потребителя архитектуры. Или, допустим, авангард и неоклассика могут занять различные потребительские ниши, то есть обслуживать различные по функциональному назначению типы зданий. Авангард — общественные, а неоклассика, предположим, жилые. А могут быть предприняты попытки объединить в одном здании или комплексе развитые или, наоборот, упрощенные формы авангарда и неоклассики.

Существует ли, по-Вашему, какая-либо формообразующая или стилеобразующая концепция в том, что происходит сейчас в современной российской архитектуре?

– Логики в формальных изысках современных архитекторов я лично не вижу. Мне, например, непонятно, почему один и тот же наш архитектор серьезно и тщательно проектирует здания в стиле авангарда, но, когда проектирует в духе эклектичной стилистики, как бы отбрасывает свой профессионализм и создает в лучшем случае некий шарж на неоклассику. Такого никогда себе не позволяли эклектики прошлого периода конца XIX — начала XX века. Их здания всегда выполнены весьма профессионально.

Раньше, когда я ходил по Москве, то отмечал недостаточный вкус архитекторов-эклектиков прошлого века. Но всегда восхищался, как тщательно и грамотно спроектированы ими фасады зданий. Сегодня в центре Москвы появилось много эклектичных зданий, которые резко выделяются своим непрофессионализмом среди старой эклектичной застройки. Беспомощные композиции, детали просто плохо нарисованы.

Непонятно, что происходит с нашими архитекторами. Почему они не могут хотя бы среднепрофессионально проектировать в духе эклектики? (Раз уж все равно проектируют.) Смотришь на эту плохо нарисованную, беспомощную в художественно-композиционном отношении эклектику — и исчезает всякое желание анализировать какие-то творческие концепции формообразования. Ведь если бы рядом с хорошо нарисованными новыми зданиями авангарда возникали бы хорошо нарисованные здания в духе неоклассики, то можно было бы наблюдать, как взаимодействуют эти две интернациональные стилевые системы. И чем черт не шутит, может быть, в начале третьего тысячелетия именно в нашей стране родились бы средства и приемы принципиально нового стилевого направления, в котором ищут пути формального взаимодействия авангард и неоклассика.

Если ХХ век был веком архаики авангарда, то XXI век может оказаться веком зарождения и архаики принципиально нового стилевого направления.

Я не думаю, что будет именно так, но почему бы не попробовать? Но только всерьез, не уродуя неоклассику. В любом случае в третьем тысячелетии как сами архитекторы, так и критики, теоретики архитектуры все большее внимание будут уделять процессам взаимодействия уже ставшего профессиональным авангарда и различного рода эклектичных стилизаций. Причем наиболее пристальное внимание, по моему, следовало бы уделять появлению в недрах самого авангарда некоего принципиально нового архитектурного декора. Хотя сам авангард, в принципе, бездекоративен.

Будет ли, на Ваш взгляд, авангард сам формировать свой архитектурный декор или же он воспользуется декором неоклассики?

– Попытки создать декор в недрах авангарда предпринимались не раз, но ни одна из них не была успешной. Авангард отторгал декор. Как это понимать: как принципиальную невозможность появления архитектурного декора в стилевой системе авангарда или авангард находится еще на такой стадии формирования своей художественно-композиционной системы, когда не дошла еще очередь до появления декора? Ведь строгая дорика храмов Греции на той стадии развития классического ордера едва ли предполагала появление пышных и декоративных коринфских композитных капителей. А они появились и вошли в стилевую систему классики. Правда, все попытки творцов авангарда встроить какие-либо, даже очень простые, декоративные элементы в художественно-композиционную систему авангарда не дали положительных результатов. Ничего не получилось даже у Малевича, Мельникова, Леонидова, Голосова и других.

И все же вопрос нельзя считать исчерпанным?

– Разумеется, так как обе интернациональные стилевые системы уже вторглись в третье тысячелетие и как-то будут в нем взаимодействовать. Надо внимательно следить за этими процессами и не упустить время, когда обе системы созреют до серьезного формального взаимодействия. Хотелось бы верить, что наши архитекторы к этому времени придут на высшем уровне профессионализма в обеих стилевых системах и примут активное участие в зарождении и формировании нового этапа в развитии мировой архитектуры.

Едва ли мы будем первыми, так как сегодняшнее состояние профессионализма архитекторов в нашей стране не дает оснований надеяться на это. А хотелось бы. Ведь были же мы первыми в первой трети XX века.

 

 
Башня 3го Интернационала, архитектор В. Татлин, визуализация — Т. Нагакура
 
Беседовала

Ольга Орлова


цих-аудио аудио-версия интервью
ra design studio дизайн — радизайн © 2006 © цих.ру 2006 — 2009 e-почта o-rl@mail.ru
блог
Петропавловский собор Башня 3го Интернационала, архитектор В. Татлин, визуализация — Т. Нагакура Башня 3го Интернационала, архитектор В. Татлин, визуализация — Т. Нагакура